Директор Института музыки, театра и хореографии Тюменской государственной академии культуры, искусств и социальных технологий
Если вам попал в руки сборник народных песен, когда-то исполнявшихся на тюменской земле, скорее всего, одним из его авторов является Лилия Дёмина. Собирая фольклор, она с учениками за 24 года объездила всю область. Благодаря созданному ею ансамблю «Росстань» песни сибирских старожилов и новопоселенцев зазвучали далеко за пределами России.

— Лилия Васильевна, когда вы начали петь?

— В институте. Причем, можно сказать, случайно. Я окончила в Тюмени музыкальную школу по классу аккордеона и поехала поступать в Ленинградский государственный институт культуры, а инструмент не взяла. Никто из абитуриентов дать мне свой, естественно, не согласился, поэтому надо было что-то решать: не возвращаться же домой за аккордеоном.

В институте я увидела объявление о наборе на специальность «Народный хор». Русские народные песни мне всегда нравились, и я пошла на прослушивание. По заданию приемной комиссии выполнила несколько упражнений, и мне сказали: «Давайте-ка, девушка, учитесь». И я стала учиться. Причем вполне успешно. Оказалось, фольклор — это очень интересно. Ну а после института я вернулась в Тюмень и начала преподавать в училище искусств.

— Этнографические экспедиции были частью учебного плана?

— Нет, мы со студентами решили ехать сами. В такие экспедиции мы с одногруппниками регулярно отправлялись из Петербурга. Побывали в Псковской области, в Белоруссии, на Украине. И еще тогда я часто думала, что нужно организовать подобную работу и в Тюмени.

— Вы ради интереса считали, в скольких деревнях области побывали?

— Нет, но, мне кажется, что во всех. Сейчас многих из тех деревень уже не существует. Жители перебрались в райцентры или другие крупные села, где есть школа, клуб, фельдшерский пункт — хотя бы модульный. Например, в Сладковском районе погибла деревня Задонка, в которой когда-то осели переселенцы XIX века с Дона, и куда мы в 90-х годах приезжали несколько раз подряд. Мы записали там очень много материала, в том числе великолепный свадебный обряд. Его можно увидеть на DVD-диске «Народная культура Тюменской области: старожилы и новопоселенцы», который мы выпустили к юбилею региона. Этим летом мы вернулись в Задонку... Да, еще не все жители ее покинули, но, когда подъезжаешь к деревне, сразу понимаешь, что она исчезает. Особенно страшно выглядят остовы печей на месте исчезнувших домов.

— Скажите, деление тюменского фольклора на «старожильческий» и «новопоселенческий» — вполне официальное?

— Да. Тюменская региональная песенная традиция — поздняя. В первую очередь это культура старожилов, представляющая собой синтез традиций казаков, прибывших с Ермаком, и песен носителей северно-русской культуры — жителей небольших поселений, добывавших для царя пушнину. Старожильческое — это прежде всего мужское пение, в низкой тесситуре, со словообрывами. Как говорили раньше: «Как мужики ухнут, так свеча в доме тухнет». Нам такие произведения исполнять, конечно, сложно, но мы все равно это делаем. Мне старожильческое лирическое пение очень нравится. Эта традиция представлена, например, в селе Архангельском Исетского района.

А новопоселенческая традиция иная: в ней хорошо сохранился обрядовый фольклор, игровые и хороводные песни. Новопоселенцы: потомки тех, кто в конце XIX века переехал из Белгородской, Воронежской, Черниговской, Курской губерний, из Беларуси и Украины, — они и по характеру другие. Хоть и говорят, что все ассимилируются, но нет. Старожилы — более закрытые, с ними сложнее разговаривать. Это уже потом, когда с ними ближе познакомишься, они становятся очень дружелюбными и яркими. А вот новопоселенцы сразу идут на контакт.

Кстати, даже в одежде старожилов и новопоселенцев есть отличия. Первые одеты более строго, чаще в темное. Новопоселенцы же более цветные, что ли. Бабушки, например, всегда в бусиках, в ярких платочках. В домах у них до сих пор сохранились росписи — на потолках, стенах.

— Есть ли у вас любимая песня тюменской традиции: которую вы, например, поете дома?

— Я люблю песню из деревни Лариха Ишимского района — «По канавке растет травка». Это плясовая песня, круговая. Иногда дочь просит меня ее спеть. Ей она тоже нравится.

— Сохранились ли в Тюменской области обряды, которые до сих пор являются частью народного быта, а не воссоздаются работниками культуры?

— Не так много, но сохранились. Например, в Викуловском районе есть деревня Осиновка, где живут новопоселенцы, прибывшие из Могилевской губернии Беларуси. В ней существует традиция переноса иконы Божьей матери: когда на Рождество одни соседи передают образ другим, и он до следующего года остается в доме принявших икону. Образ считается чудотворным, поклониться Богородице приезжает множество людей. Всех к ней пускают. Не знаю, как сейчас, но какое-то время назад ходили слухи, будто в селе Ермаки построят часовню, куда эту икону перевезут. Оно, конечно, можно и так, но тогда потеряется традиция. Будет ли в этом случае икона давать ту силу, ту энергию, что дарит теперь? Да, может быть, кто-то из молодежи не хочет ставить образ у себя дома, тогда надо делать это через дом. Я считаю, что традицию ломать нельзя.

— Можно ли сказать, что фольклор беднеет?

— Фольклор не беднеет, он видоизменяется. Просто популярными становятся другие песенные жанры. Ну не звучат былины, но звучат лирические песни, частушки. И если раньше пели частушки про Сталина и Брежнева, то нынче про Путина — это понятно. Точно так же из повседневной бытовой жизни уходят обряды, но при этом они сохраняются специалистами в клубах, фольклорными коллективами. И при желании все это можно увидеть на сцене и найти в сборниках.

— Какой процент местный материал составляет в творчестве «Росстани»?

— Думаю, из «чужого» мы поем процента два — в основном южно-русские песни. Остальное — региональный материал, который мы пропагандируем. В этом специфика нашего ансамбля: сохранить наследие предков и воспроизвести его так, чтобы было интересно зрителю, слушателю. Именно сохранить. У меня вызывают недоумение слова довольно-таки солидных людей о том, что они возрождают культуру. Да культура у нас всегда была и есть, веками! Ничего мы не возрождаем. Мы ее просто передаем из поколения в поколение, в том числе используя современные технологии.

По моему мнению, люди в нашей стране сейчас потянулись к истокам (уже неинтересен телевизор, где показывают одно и то же), поэтому самое время создавать среду для того, чтобы человек мог петь и танцевать.

При «Росстани», например, мы недавно организовали «Школу народной культуры». Сейчас разрабатываем курс для школ. Взрослым предлагаем цикл двухдневных семинаров: первое занятие посвящено свадьбе — режиссуре свадебного обряда, попытаемся научить петь, плясать. Думаю, это интересно. Человеку необходимо самовыражаться, у каждого из нас это заложено внутри.

Текст: Алена Бучельникова. Фото: архив Лилии Деминой.

Интересное в рубрике:
Он делал хорошую карьеру на тюменском телевидении — выпускал серьезные документальные фильмы, был корреспонде...
Бывший начальник погранзаставы «Вахш». Руководитель ООО «Застава». Считает, что трудотерапия — ...
Исполнительный директор автономной некоммерческой организации «Авиационный спортивный клуб «Юный авиатор», препо...
Англичане говорят: у занятых людей всегда найдётся время. Юрий Шафраник за один день в Тюмени прочел две лекции в&n...
В этом году соцсети порекомендовали ему придерживаться такой китайской мудрости: «Любое великое путешествие начинается ...
«Наша Мама Оля», — так ее часто называют близкие, друзья и ученики, которые даже после окончания ...

Ее работа похожа на работу часовщика, который отлаживает тонкий механизм целого театрального коллектива. С одной стороны,...