педагог, журналист
Она из тех, кто займется любимым делом даже если высадить ее на Луне — найдет кого обучать и воспитывать, запустит радиостанцию или телеканал. Но пока ей хватает дел на Земле. В Тюмени и Москве.
Вы сибирячка по рождению?

Дальневосточница в третьем поколении. Мои родители решили переехать из Райчихинска Амурской области чуть ли не на следующий день после моего первого в жизни дня рождения. Но путь они держали вовсе не в Тюмень, а в Алма-Ату. Райское место — тепло, яблоки.

В школе по осени собирали яблоки?

Все школы, кроме нашей, собирали, как ни странно, табак. Мы же работали в лесничестве — высаживали и пропалывали тянь-шанские ели.

Любовь к педагогике у вас наследственная?

Совсем нет. Папа — прорабом был. В Казахстане немного найдется дорог, которые он не строил. Мама на разных работах работала. Я же определилась с профессией в 4 классе. Наш четвертый «В» тогда шефствовал над первоклашками. И так мне это дело запало в душу! Как-то веду своих подшефных в столовую пить молоко (в те годы, представляете! детям в школах бесплатно давали молоко, я же его терпеть не могла...), встречаем директора. Он и говорит: «Ну, все, Солотова, быть тебе педагогом!» Как в воду глядел.

Так все гладко и получилось?

Как сказать... Мама в принципе ничего не запрещала — заниматься в разных кружках, гулять на улице допоздна, а вот когда я заканчивала 10 класс, она костьми легла — не пойдешь в педагогический! Наши родственники учительствовали, вот она и нагляделась на их бесконечную работу.

В итоге я поехала в Томск, где учился когда-то мой дядя, и подала документы на медико-биологический факультет медицинского института. Выбрала этот сложный факультет специально, чтобы завалить экзамены. И... поступила. Вот досада-то. Впрочем, сдать химию особого труда для меня не составляло, ведь в школе нам ее преподавала прекрасная «химичка» — Кавалер ордена Трудового Красного Знамени.

Среди учеников про нее стишок бродил:
«Может, тебе не поверится, но рядом с тобой и со мной
Ходит по школе волшебница — Агафья Максимовна Цой!»

В результате сходила в приемную комиссию, забрала документы и вернулась домой. Бедная мама так и не узнала, что экзамены в медицинский я успешно сдала. В общем, 1 сентября вышла в школу вожатой.

И она вас целиком затянула?

Мама всегда говорила, что родила меня для государства, а младшую дочку Лену — для себя. Мне на день рождения даже подарили раскладушку и велели поставить в пионерской комнате, все равно, дескать, дома не живешь.

Через два года поступила на заочное обучение в педагогический институт опять же в Томске. К тому времени в Алма-Ате построили самый большой в СССР Дворец пионеров (с обсерваторией и бассейном!) и меня туда пригласили руководителем республиканского пионерского штаба «Алау» («Пламя»). До сих пор мы, «штабисты» дружим между собой, хоть и расшвыряло нас за эти длинные годы по разным городам и странам.

Надо полагать, институт вы однажды закончили и решили двигаться куда-то дальше.

Закончила, конечно. К 27 годам я уже была методистом, разрабатывала разные прекрасные вещи и бесконечно удивлялась, что их никто не спешит реализовывать. Но главное, я поняла на тот момент, что мне пора не просто куда-то двигаться, а совершенно конкретно выдвигаться из дома. И я поехала в отпуск к своей подруге в гости — в станицу Голубицкая Темрюкского района Краснодарского края. Съездила более чем результативно — к осени вернулась на Кубань завучем по воспитательной работе единственной в Голубицкой школы.

Через два месяца директор, инициировавший мой переезд, уволился, и меня возьми, да выбери педколлектив вкупе с ученическим советом и руководством местного совхоза директором школы. В 27 лет! Прямое голосование. Ужас... Я ведь внешкольница, методист, у доски на тот момент ни дня не стояла.

Через сутки в районо на меня пошли жалобы: ходит в брюках во внеурочное время, дети к ней домой заходят, того и гляди в кабинет начнут запросто шастать...

Выстояли, Марина Дмитриевна?

Учебный год отработала. Мы полностью оборудовали компьютерный класс (это в станице, да еще в то время!), купили три мотоцикла для школьной секции, поставили тренажеры. Много чего натворили. Закалила меня станица по-казачьи.

В конце мая съездила повстречаться с бывшими коллегами-вожатыми в пионерлагерь «Орленок», благо рядом. В результате, вышла замуж за «орленовского» хлопца и поселилась в Новомихайловке. Экономически время было суровое. Мы с мужем могли с зарплаты купить бутылку растительного масла, пару десятков яиц и кое-что по мелочи. Тут моя младшая сестра стала звать в Тюмень, где она жила со своим мужем-конькобежцем. Мы и прикатили. Правда, Лена вскоре перебралась в Москву. Мы же остались. И оба стали работать в школе № 11.

Пионерская зорька во мне еще вовсю играла: мы ходили с учениками в походы по рекам Алтая, создали творческое объединение «Ступени» с театром и собственной газетой. Мне присвоили звание «Учитель года». Наладилось все с жильем наконец-то. Но однажды я зашла в автобус со словами «Здравствуйте, садитесь!» и поняла, что пора менять свою жизнь. Ушла из школы в никуда. Посидела дома некоторое время. Подумала, пришла в себя.

Так и хочется угадать: следующим этапом стало радио?

Достаточно случайно я познакомилась с бардом Николаем Старченковым и директором «Радио-7» Анатолием Мокроусовым. Возникла идея сделать передачу об авторской песне «Пикник на обочине». Так в моей жизни появилась новая профессия. Потом была телеверсия «Пикника» на каналах «Параллакс», а после его закрытия — ТРТР, затем — журнал «Дождь». Но я отчаянно скучала по сестре и маме и решила с ними воссоединиться. Некоторое время работала на радио «Культура». Причем, попала туда без протекций — просто пришла и попробовалась. Меня взяли. К сожалению, не так долго пробыла на «Культуре», всего два года — мама тяжело болела и я оказалась ее единственным донором — кровь переливали напрямую и всегда это было в срочном порядке в самый неожиданный момент.

Но мы же знаем, что когда один этап заканчивается, то начинается другой. Мне посчастливилось участвовать в запуске православного телеканала «Радость моя».

Это был вопрос профессии или веры?

Все вместе. Хотелось осмыслить эту сторону бытия. Я очень благодарна за такую школу, которая длилась в общей сложности 6 лет у одного и того же владельца. Почему ушла? Помимо Москвы какие-то годы работала в рамках той же компании в крошечном промышленном городке. Мне сложно жить не в мегаполисе, тихая маленькая жизнь не для меня. Кроме того, уже хотелось чего-то своего. Так несколько лет назад в Тюмени появилась «Академия радости». Как мне видится, здесь соединились две моих любимых профессии — педагога и журналиста.

Это уже ваша вторая «радость». Вы достигли того, чего хотели? Тем более, что результаты выпускников-академиков весьма убедительны.

(вздыхает) Я человек процесса, результат мне не так интересен. Он — закономерен. Конечно все наши выпускники становятся студентами факультетов журналистики, но мы же для этого и работаем. В общем, недавно я зарегистрировала «Центр эффективной педагогики Марины Солотовой». «Академия радости» остается детским медиахолдингом. В Центре предполагается взаимодействие с родителями и детьми — как строить отношения, как научиться слышать, понимать и принимать друг друга. Психолого-педагогическая работа соединяется с творчеством в нашем «Острове» — здесь проводим тренинги психологические и актерские. Важно понять, что актерские не для сцены, нет. Скорее, они направлены на понимание человека человеком.

Это востребовано?

Очень. Первые же тренинги (не очень люблю это слово, но куда же от него денешься!) и личные консультации показали, насколько это актуально сегодня. Я делюсь исключительно педагогическими приемами. И они работают.

Текст: Людмила Караваева. Фото автора.
Интересное в рубрике:
В театре «Ангажемент» состоялась его актерская и режиссерская судьба. За почти 15 лет на родн...
Он видит в косточке авокадо спрятавшегося кролика, а в деревянном бруске — одалиску. Называет себя ...
В 60-е годы, когда началось освоение месторождений Западной Сибири, один сургутский журналист посвятил целую полосу газеты св...
Ее фамилия на слуху не только в Тюмени, ее авторитет в педагогической среде очень высок. Яркая, силь...
Она поет на английском, итальянском, французском, испанском, но и родной русский не забывает. Дает концерты со...
Поисковик с более чем 20-летним стажем, один из основателей поискового движения в Тюменской области, он считае...
В 2015 году исполняется 50 лет знаменитому клубу «Дзержинец», раз и навсегда поселившемуся в водон...
В ней столько энергии, что она, как генератор подзаряжает ею других. И все вокруг начинает крутиться и вертеть...